Houblon Dobbelen (houblondobbelen) wrote,
Houblon Dobbelen
houblondobbelen

Categories:

"Дом горит!"

За время моего проживания вне России - которому исполнился, в этом году, срок более того времени, которое я провёл, с начала своего существования, в самой России - я неосознанно, но довольно упрямо-постоянно выискивал приметы истинного понимания того неестественного положения, которое случилось (и продолжается, по моему мнению) на территории, где я родился.
Неестественность, для меня, выражалась в весьма странном положении вещей, при котором я, например, совсем не ощущал, что эта Россия - моя земля. Вопреки тому, что все поколения моих предков родились и выросли там. Я, также, не ощущал, что окружает меня - мой народ. Или, что у меня, к примеру - есть там такое будущее, которому я бы был рад. Это всё, конечно же, вызывало у меня унылость. По прошествии лет, я могу это объяснить сейчас лишь тем, что...впрочем - я опять отвлекаюсь.

На этой неделе я прочёл статью, которой дожидался всё это время. Поэтому я сейчас её переведу на русский - ибо, как я уже давно заметил, одним из способов осмысления и переживания для меня является перевод. С одного мною любимого языка - на другой. Как, например - вот такой.
Написанное ниже на 90+% не представит ничего нового тем, рождённым на территории СССР/РФ, которые мучаются своей историей с рождения. Для меня ценность статьи в том, что я впервые увидел в ней сжатое понимание произошедшего...как если бы это было написано...впрочем - предоставлю судить каждому самому.
(Статья, сразу предупреждаю - довольно длинная.)
___________________________________________________________________________________________________


"Дом горит!"
Гэри Сол Морсон
(О скрытых ужасах советской жизни)

Девяносто-девять лет назад царь Николай II-й отрёкся от трона и, спустя нескольких месяцев слабо-парламентского управления, большевики захватили власть. Мы сейчас называем это Российской (или Октябрьской) Революцией, но правильнее было бы её называть "большевистским переворотом." Партия, насчитывающая 10 тыс. человек, захватила контроль империи, занимавшей одну шестую сухопутной площади Земли.

С самого начала, они компенсировали свою малочисленность непомерной долей насилия. Если сначала расстрелы либералов, социалистов, рабочих с задатками независимого мышления, и крестьян, у которых зерно забиралось под дулом револьвера - представлялись кратковременной необходимостью, то вскоре стало ясно, что жестокость на этом не прекратится. На самом деле, она возрастёт - по словам Сталина, ради "усиления классовой борьбы," в то время, когда контроль большевиков над обществом уже давно стал тотальным.

По прошествии времени, 18 стран подпадут под власть большевиков. В 1999-м году журнал Тайм провозгласил Эйнштейна "персоной столетия" - человеком, который, "к добру, или к худу, повлиял на 100 последних лет развития"-  однако, Эйнштейн и близко не повлиял на жизни людей так, как это сделал Ленин. Большевики так никогда и не преуспели в развитии материальных технологий, но они, зато, прекрасно развили политические технологии, изобретя систему, которую мы называем сегодня тоталитаризмом. Как говорится нынче -- эта система стала вирусной. И вакцины против неё нет до сих пор.

Безусловно, до того в истории существовало множество примеров подчинения одних групп населения другими - достаточно вспомнить Троянскую войну, или тамерлановские горы черепов - но ни одна форма правления не была столь жестокой по отношению к тем, кого она считала "своим народом." Советская Россия была неизмеримо более жестокой, нежели предшествующий ей царизм, называемый годами "жандармом Европы." Между 1825 и 1905 годами, цари казнили 191 человека по политическим статьям - не "по подозрению," как позднее, в советские времена, но за действительные тяжкие преступления, включая, например, убийство Александра II-го. В произведении "Архипелаг ГУЛАГ," Александр Солженицын заметил, что в период между 1905 и 1908, режим казнил 2200 человек - сорок пять в месяц! - "вызывая слёзы Льва Толстого и негодование Короленко, среди многих прочих." В сравнении с этим, консервативные оценки количества казнённых при Ленине и Сталине - ну, например, около 20 миллионов между 1917 и 1953 - дают цифру в более, чем 10 тысяч убитых в неделю. Что составляет век царизма каждые несколько дней.

Западная общественная мысль так и не дошла до оценки преступлений коммунизма. Каждый школьник знает о Холокосте, апартеиде и рабстве в Америке - как и должно быть. Но полпотовское истребление четверти камбоджийского населения не ослабило энтузиазма, с которым его пособники изучали марксизм в Париже. Также, культурная революция в Китае, или "чистки" не повлияли на западных леваков-апологетов. Напротив, в университетах до сих пор винят в Холодной Войне американскую "паранойю" по поводу коммунизма и до сих пор представляют большевиков как идеалистов, пусть и пребывающих в некоторой спешке. Бытие леваком означает отказ от всяческих извинений за произошедшее.

В 1997 году, Стэфан Куртуа (Stéphane Courtois) опубликовал "Чёрную Книгу Коммунизма" (на французском) - антологию, в которой эксперты задокументировали количество убитых (по каждой стране мира) в результате действий марксистов-ленинистов. С подобающим академическим спокойствием, были поставлены вопросы - являются ли жертвы намеренно вызванного голода среди украинского населения, или депортации чеченцев в Среднюю Азию (в результате которой погибли один из трёх) - жертвами "геноцида"? Единственный намёк на эмоциональную составляющую в работе Куртуа проявляется во Вступлении, где ломаются интеллектуальные табу - проводятся параллели с нацизмом, ставятся вопросы о частых альянсах социалистов с коммунистами, и, более всего - выражается изумление по поводу того, что интеллектуалы продолжают оправдывать советских убийц.

Некоторые цифры говорят сами за себя. Соавторы тома рассказывают о двадцати миллионах убитых в СССР; шестидесяти пяти миллионах в Китае; двух миллионах в Сев. Корее и Камбодже (каждой); 1,7 миллионах в Эфиопии при Менгисту и в других африканских странах, и так далее - всего, около 100 миллионов. (На память приходит страшненькое предсказание главного революционера из "Бесов" Достоевского, что ценою идеального равенства станут "сто миллионов голов"). Насколько я могу судить, эти цифры - занижены. Например, наиболее авторитетное исследование сталинской войны против крестьянства в 1930-х, книга "Урожай Скорби" Роберта Конквеста (Robert Conquest), приводит цифру в два раза большую, нежели по той же статье в книге Куртуа. Разница между двумя исследованиями - размер ошибки - равна общему количеству евреев, убитых при нацизме.

Для сравнения - количество убитых нацистами составляет 25 миллионов. Конечно, числа не показывают всю картину, но можно себе представить, что сравнение двух систем имеет смысл. В "интеллектуальных кругах," однако, такое сравнение скорее вызовет не гонения на коммунизм, но гонения на сравнивающего.

Осведомлённость об ужасах большевизма стремительно выросла после падения Советского Союза, когда были открыты архивы. Джонатан Брент (Jonathan Brent) и издательство Йельского Университета опубликовали тома и тома страшных документов, но общественное мнение так почти и не поменялось. Сколько читателей газеты Нью Йорк Таймс знают о роли этого издания в сокрытии худших преступлений Сталина и получении за это Пулитцеровской Премии (до сих пор не возвращённой)?

Я могу понять увлечённость некоторых людей идеей коммунизма настолько, что они начинают отрицать, или оправдывать миллионы смертей. Что меня удивляет, однако, это то, что люди и издательства, так поступающие, считают себя вправе критиковать других с позиции морального превосходства. Куртуа предлагает несколько объяснений таким провалам в морали, но, в конце концов, сдаётся.


Я впервые начал понимать, какой была жизнь при Сталине, когда записался на курс Вольфганга Леонарда (Wolfgang Leonhard) - сына немецких коммунистов, выросшего в СССР, сбежавшего в Югославию и очутившегося, затем, в Йеле, где преподавал русскую историю. Его автобиография, "Дитя Революции," рассказывает о времени сталинских репрессий (Большого Террора), когда семьи в коммуналках будились настойчивым стуком в дверь в 4 часа ночи (обычное время арестов). Однажды, дверь пошёл открывать старик, которому было мало что терять; пропав в коридоре, он, тем не менее, вскоре возвратился. "Успокойтесь, товарищи!," объявил он. "Это просто дом горит!"

Новая книга Йорга Баберовски (Jörg Baberowski) "Выжженная Земля: Власть Сталинского Террора" также предлагает хорошее описание жизни при Великом Кормчем, Отце Народов и Корифее Науки. Поднимая тост в честь двадцатилетия захвата власти большевиками, Сталин провозгласил: "Мы уничтожим каждого врага, даже если он окажется старым большевиком; мы истребим всё его племя, всю семью. Мы будем безжалостно уничтожать тех, кто своими поступками, или мыслями - да, мыслями! - угрожает единству социалистического государства. За полное уничтожение всех врагов и их племя!" Даже когда цари сажали, или казнили революционеров, им не приходило в голову арестовывать супругов, детей, бабушек и дедушек, и вплоть до двоюродных братьев с сёстрами. Также, заметьте настойчивость, с какой Сталин призывает к уничтожению не только за "неправильные" действия, но и за "неправильные" мысли. Георгий Арбатов, советник пяти генсеков КПСС, говорил, что "главным кодексом поведения" было "опасение собственных мыслей."

Целью этого было изменение всей природы жизни, в том числе и человеческой. Марксистский "прыжок из царства небоходимости в царство свободы" означал, что всё будет зависеть от переделки порядка вещей человеком. В конце "Литературы и Революции," Троцкий утверждал, что "сегодняшнее распределение гор и рек, полей, лесов и берегов не может считаться окончательным." Народ "будет повелевать всей природой, с её рябчиками и осетрами." В сегодняшних дискуссиях о беспрецедентной деградации экологии России часто упоминается эта модель мышления о "рябчиках и осетрах."

"Новый человек," также, переделает себя сам. Он будет "хозяином своих чувств," которые будут абсолютно "прозрачны" и, в конце концов, создаст из себя "высший биологический тип...сверхчеловека." Книга Троцкого заканчивается обещанием, что "средний человек вознесётся к вершинам Аристотеля, Гёте, или Маркса. И над этими вершинами поднимутся новые исполины."

Должен ли вызывать удивление, в таком случае, тот факт, что жизни не "улучшенных" людей ничего не стоили? Апологеты СССР часто утверждают, что, переживая о цене побед большевиков, нельзя забывать о неизбежности этой цены, учитывая необходимость быстрой индустриализации с целью противостояния нацистам. Такое объяснение - абсурдно. Для начала, самое смертоносное явление - искуственно вызванный голод во время войны с крестьянством - случилось до прихода Гитлера к власти, а массовые убийства целых классов населения произошли в первые месяцы прихода большевиков к власти. Также, совершенно неясно, как аресты "буржуазных специалистов" помогли индустриализации - при том, что таковые аресты "подмели" буквально каждого, кто хоть как-то понимал как работает каждая конкретная индустрия. И как чистки офицеров в 1936-38 могли вообще помочь подготовке к войне? Барберовски замечает, что после ареста почти десяти тысяч офицеров Красной Армии - не осталось "почти никого." В апреле 1938 глава "спецотдела" 5-го механизированного корпуса отрапортовал, что "100% командующего состава корпуса и его бригад" арестовано. Это было единственной "производственной нормой," которая была выполнена. Стоит ли удивляться, что советская армия практически рассыпалась при вторжении немецких войск?

Апологеты, также, говорят, что у социализма было много врагов. Однако, арестованы были не только те, кто замышлял дела против режима (или просто ругался на него). Были разосланы квоты в каждый регион - Баберовский заключает, что около миллиона человек были убиты исключительно из-за квот - и местные начальники заполняли квоты либо по случайному правилу, либо за счёт бездомных, слепых, или инвалидов. В марте 1938-го, в одной Москве НКВД казнило 1160 инвалидов. Климент Ворошилов, занимавший множество ведущих постов, выступал за аресты беспризорников. "Почему мы не расстреливаем этих бродяг?," вопрошал он. "Мы хотим дождаться, пока они вырастут во взрослых преступников?" Более того, две дюжины этнических групп были депортированы в Центральную Азию. После того, как Сталин приказал арестовать всех поляков, пришлось распустить польскую секцию Коминтерна и польскую Компартию, так как в обоих не оказалось более членов.

Смерть, однако, не была худшим исходом. Одним из лейтмотивов Барберовски является самоубийство чиновников - для того, чтобы избежать допросов, сопровождающихся пытками. Когда первые члены Политбюро Зиновьев и Каменев не признались, сперва, в измене, Сталин написал чекистскому начальнику: "Вы плохо работаете, Генрих Григорьевич. Нужно пытать так, чтобы они сказали правду и выдали все свои связи." Ленин, Троцкий и Сталин отзывались о нерешительности в применении таких методов, как о (используя слова Троцкого) - "наиболее жалком и ничтожном либеральном предрассудке." В письме к председателю компартии Киргизии, Сталин угрожал "чрезвычайными мерами" в случае, если тот немедленно не откажется от "либеральничанья к врагам народа."

Леонард рассказывает о случаях, когда люди сознавались в абсурдных преступлениях - надеясь, что Сталин, однажды, прикажет разобраться по каждому конкретному делу и увидит их невиновность. Один человек, например, сознался в намерениях потопить Балтийский Флот путём кидания камней в бухту Ленинграда; другой - химик - сознался в передаче немцам важной формулы, H2SO4 (серная кислота).

Как же чувствовали себя те, кто не был садистом, но был принуждён к исполнению массовых расстрелов? Конечно, водка была в изобилии, но даже это не могло уничтожить мысли о том, что сегодняшние палачи могут оказаться жертвами завтра - в точности, как глава НКВД Ягода был расстрелян своим преемником Ежовым; который, в свою очередь, встретил подобную судьбу позже. Всякий начальник НКВД во время чисток был в смертельной опасности. Баберовски приводит следующую цитату гордого выжившего офицера НКВД:

С первой зарплаты я купил себе новый костюм!...Наша работа, конечно, была нелёгкой. Бывало, что кто-то сразу не умирал, а валялся и визжал, как свинья...До работы нельзя было ничего есть...Стрелять приходилось правой рукой, конечно...Я продавил через своё начальство требование массажа правой руки и указательного пальца дважды в неделю. Нам выдавали грамоты...У меня в шкафу скопился целый ящик таких грамот, отпечатанных на лучшей бумаге...У каждого была только одна мысль:...нас - тоже...я всегда держал фанерный чемодан с вещами под кроватью...и пистолет под подушкой. Чтоб пустить пулю в лоб...Сталина потом назовут великим. Секира всегда переживает своего хозяина.

По понятным причинам, в литературе о Холокосте и Гулаге чаще всего приводятся слова жертв, а не бесчисленных исполнителей убийств. Солженицын заметил, что в сказках для детей злодеев изображают людьми, говорящими себе "Жить не могу, не творя зло!" - тогда как в жизни "так не бывает! Чтобы творить зло, человек должен, прежде всего, уверовать, что он творит добро, или что это - хорошо продуманное действие в соответствии с законами природы." Одной из заслуг Светланы Алексиевич является записывание голосов исполнителей - что даёт нам возможность оценить человеческую натуру тех, кто совершал нечеловеческие поступки. Это бесконечно печально, когда в её книгах убийцы оказываются так похожи на обычных людей и даже на нас.

Ах, если бы Баберовски мог бы так же хорошо мыслить, как он рассказывает! В смысле интеллектуальных выкладок, его книга безнадёжна. <Далее идут несколько параграфов текста, в которых автор занимается, в основном, предметной критикой книги несчастного Баберовского - эти параграфы я опускаю как малоинтересные.>...
<Наконец, автор статьи задаётся вопросом, на который так и не ответил Баберовски: Что же является причиной таких массовых убийств?...Продолжаю перевод статьи:>

Что же является причиной, по которой были проведены эти массовые бойни? Баберовски предлагает несколько вариантов объяснений - впрочем, мало совместимых: Среди них и "Сталин вырос в атмосфере мужланства и жестокости," и "прославления грабителей," вместе с описаниями этики и кодекса чести мафиози. "Каждый, кто нарушал обет верности, терял честь, ибо предательство являлось нарушением самого главного принципа - непоколебимой мужской дружбы...Дух братства и завет верности стали краеугольным камнем сталинистского порядка." В то же самое время, Баберовски многократно напоминает, что если и было что-то непостоянным во время сталинизма, то этим была лояльность. Даже члены Политбюро были готовы предать друг друга в любую минуту. Такая подозрительность сама считалась добродетелью. По словам Баберовски, Бухарин говорил, что всем коммунистам нужно отречься от соседских уз. "Чекистом дожен стать каждый, " писал Бухарин. По всей стране детей учили быть "Павликами Морозовыми" - беря пример с мальчика, предавшего своих родителей.

Вообще-то, теория "мафиозного кодекса чести" противоречит другой теории (Баберовски) - о безумстве Сталина. Насилие и бандитизм существовали на протяжении всей истории человечества, но то, что произошло при власти Ленина, Сталина, Мао и Пол Пота, отличалось кардинальным образом от прошлых событий. Мафиози обычно не занимаются массовыми убийствами среди тех, кого живут - это не очень способствует бизнесу. Банды грабителей не организуют лагеря и не устраивают голодоморы населения. Наверное, причина в чём-то другом!

Солженицын занимает противоположную позицию. Идеология решает всё. Почему, спрашивает он, Макбет и другие шекспировские злодеи убили всего несколько человек, а Ленин и Сталин - миллионы? Ответ - в том, что у шекспировских злодеев не было идеологии:

Идеология...это то, что даёт злодею необходимые упорство и уверенность. Это и есть та социальная теория, которая помогает рассматривать его действия как правильные, а не злодейские - в его собственных глазах и глазах общества; так что, вместо порицания и проклятий он будет слышать похвалу и почести.

Если это так, то, для понимания преступлений коммунизма, необходимо обратить внимание на идеологию.

Для начала, советский марксизм отрицал само понятие прав человека. Идеология ленинизма оперировала понятием классов, а не человечества. То, что нацисты понимали под "расой," являлось "классом" для большевиков - и классовую принадлежность, как и расу, сменить было невозможно. Люди, рождённые буржуа, дворянами, или кулаками имели прав на жизнь не больше, чем те, кто были рождены евреями, или цыганами при нацистах.

Вопреки тому, во что могут верить либералы, советская этика учила превозмогать, а не лелеять естественную жалость к страдающим, так как жалость может помешать уничтожить классового врага. В ноябре 1918-го, Феликс Дзержинский - основатель ЧК - публикует заметку в журнале "Красный Террор," в которой говорится:

Мы не воюем против отдельных личностей. Мы истребляем буржуазию как класс. Во время расследования, не обращайте внимания на доказательства того, что обвиняемый выступал на деле, или на словах против советской власти. Первыми вашими вопросами должны быть: К какому классу принадлежит обвиняемый? Каково его происхождение? Какое образование он получил, или какой профессией владеет? Ответы на эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого.

Сделать же шаг от "классового врага" до "врага народа," или даже "вражеских народов" - в лице, например, казаков, чеченцев, крымских татар - совем несложно.

Не менее важной была ленинская интерпретация морали. Так как Партия является проводником Истории - в чём никак нельзя сомневаться - то всё, что делается Партией и есть высокоморально по определению. "Мораль полностью подчинена классовой борьбе пролетариата," по словам Ленина. На Тринадцатом Съезде Партии в 1924-м Троцкий объяснил:

Товарищи - никто из нас не хочет и не может быть правым вопреки тому, что говорит Партия. В конечном итоге Партия всегда права, так как Партия является единственным историческим инструментом, данным пролетариату для решения его основных задач...Я знаю, что никто не может оказаться правым вопреки Партии. Правым возможно быть только с Партией и через Партию, потому, что сама История не имеет других путей к правде.

По той же логике - правдой является всё, что говорит Партия. Георгий Пятаков, дважды исключённый из Партии и, в конечном итоге, расстрелянный, говорил, что настоящий большевик "готов верить (а не просто утверждать), что чёрное - есть белое, а белое - чёрное, только лишь по требованию Партии." В романе "1984" О'Брайен провозглашает подобную доктрину - дважды два равно пяти, если Партия прикажет - что он называет "коллективным солипсизмом."

Можно ли удивляться, что те, кто отрицают права человека, определяют людей по стандарту "сторонник/враг," не имеют моральных пределов, и остаются уверенными в своей правоте - в конечном итоге совершают колоссальное зло?

Идея о том, что правда и мораль не имеют объективной основы, но являются тем, что продиктовано властью - есть одна из основ современного постмодернизма. Общество учит нас всё больше и больше определять себя как часть той, или иной группы ("хороших," или "плохих"). Никто не испытывает ненависть настолько сильно, чем те, кто видят ненависть в других. Возможно, ответ на вопрос Куртуа проще, чем ему кажется? Возможно, причиной того, что некоторые интеллектуалы высказываются более жёстко по поводу Рейгана, нежели Сталина является то, что многие бы из них предпочли сталинизм?

Сегодня появляются новости о том, что скоро можно будет читать чужие мысли. Интересно - что бы сделал Сталин с такой технологией? Возможно, моё образование (как специалиста по русской истории) искажает моё восприятие, но, когда я думаю о распространении идей из академии в общество, я начинаю опасаться (спустя век после Русской Революции) тирании хуже сталинской. "Товарищи - дом горит!"
Tags: Америка, Запад и Россия, американцы, перепост
Subscribe

  • Посттрампье - 4

    В Вашингтоне прошел снег. Президент Байден ("Бидон", хе-хе) прошел из одной части Белого Дома в другую по свежему воздушку - и пошутил на…

  • Интересная деталь

    Сделал поиск на продолжение фейсбучных некрологов Галковского о Крылове (эккаунта на Фейсбуке у меня нет, поэтому могу читать лишь то, что находится…

  • ГонКрым/КрыКонг

    Во всей нынешней катавасии с Ковид-19, а теперь уже и массовыми волнениями в американских городах - прошло практически незамеченным знаковое событие.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 32 comments

  • Посттрампье - 4

    В Вашингтоне прошел снег. Президент Байден ("Бидон", хе-хе) прошел из одной части Белого Дома в другую по свежему воздушку - и пошутил на…

  • Интересная деталь

    Сделал поиск на продолжение фейсбучных некрологов Галковского о Крылове (эккаунта на Фейсбуке у меня нет, поэтому могу читать лишь то, что находится…

  • ГонКрым/КрыКонг

    Во всей нынешней катавасии с Ковид-19, а теперь уже и массовыми волнениями в американских городах - прошло практически незамеченным знаковое событие.…